КАК ВЫЯСНИЛ ШОСТАКОВИЧ, МАТЬ РОССИЯ МОЖЕТ БЫТЬ КРУТА НРАВОМ. BEN BRANTLEY

2013, NY Times

Как следует из незабываемого “ОПУСА No. 7,” спектакля созданного Дмитрием Крымовым с актёрами его Лаборатории в московском театре «Школа драматического искусства», память – муза деятельная и требовательная, как тренер по гимнастике на Олимпиаде. В этом волнующем и невероятном спектакле, который идёт в театре St. Ann’s Warehouse в Бруклине, артисты в поисках потерянного времени оказываются лицом к лицу с множеством препятствий, порождённых фантазией.

Их завлекают и манят (а иногда вынуждают с собой бороться) руки бестелесных призраков, которые скользят в рукавах пустых пиджаков. Эти призраки были вызваны невероятной силы бурей, накрывшей сцену одеялом из конфетти и принесшей с собой имена и образы почти забытых предшественников.

Наиболее грозными они станут во второй части спектакля, когда будут вынуждены выполнять требования суровой и переменчивой Матери России, которая предстаёт в виде огромных размеров куклы, с грудью величиной с Уральские горы. Также нельзя не вспомнить бедного парня, который вынужден «поработать» люстрой; или этого славного маленького ребёнка-композитора — как его имя? О, конечно, это Шостакович — которого пронзают насквозь, жгут огнём, в которого стреляют и превращают в набитое чучело.

Сентиментальность может принимать разные формы, но редко она бывает столь вдохновляющей, как в «Opus No. 7», спектакле смешанного жанра, состоящего из двух частей — каждая по часу. Д. Крымов, придумавший и воплотивший всё это, начинал свою карьеру как сценограф. В этой своей работе он проявляется и как режиссёр, и как ремесленник: для того, чтобы воссоздать неуловимое прошлое, актёры используют краски, картонные фигуры, голосовые записи, циркулярную пилу, молотки и гвозди.

Первая часть «Родословная» - это яркий спиритический сеанс с включением вокала, в котором вызываются души давно исчезнувших российских евреев. Пустое, испачканное краской белое пространство, созданное на сцене театра St. Ann’s, будет нарушено, и вы скоро узнаете, что находится в непривлекательных вёдрах в центре сцены, или скрывается за декорационной стеной, или насколько могут меняться чёрные концертные костюмы-трансформеры, в которые одеты актёры.

Эти актёры-певцы-музыканты используют чёрную краску, ножи, степлеры, леденцы и обрывки бумаги, чтобы взойти на творческие высоты, которые Марте Стюарт из «Сделай сам» даже не снились (сценограф – Вера Мартынова). Поддерживаемые образами, созданными видеопроекцией, и тонкой мистической музыкой Александра Бакши — актёры, кажется, существуют между двух измерений, и представляются удивлёнными и настойчивыми первооткрывателями, которые стараются проложить свой собственный путь сквозь запутанное коллективное прошлое.

«Родословная» пронзает нас чувством, которое мы иногда испытываем, перебирая коробки, где хранятся старые семейные реликвии, и, стараясь при этом испытать то же, что и люди на увядших фотографиях в момент съёмки. Если бы мы обладали такой же предприимчивостью и изобретательностью, как Крымов и компания, то мы могли бы преуспеть в этом чуть больше.

Вторая часть (сценография Марии Трегубовой) представляет собой относительно ясную аллегорию, хотя и не менее оригинальную в исполнении. Героем является великий композитор и пианист Дмитрий Шостакович (1906-75). В исполнении озорной и неутомимой Анны Синякиной, Шостакович предстаёт маленьким человеком, который находится в постоянной борьбе за возможность творить, оставаясь при этом в живых — советская культура, не слишком приветствовала художников с независимым нравом.

Дмитрий Крымов сказал, что его видение Шостаковича было частично навеяно «Маленьким бродягой» Чарли Чаплина. Безусловно, есть чаплинское неистовство в том, как А.Синякина сражается с роялями, которые имеют множество воплощений (огромный рояль - козёл, огнедышащий рояль, целая армия искорёженных металлических роялей).

Наблюдает за всеми испытаниями и несчастьями маленького Шостаковича огромная кукла женщины, превосходящая его по размеру как минимум в два раза, и чьё отношение к своему воспитаннику меняется от матери-защитницы до вооружённого военного убийцы.

Хотя звучит запись реального голоса Шостаковича, произносящего советскую пропагандистскую речь, спектакль — не сатира на художника, признавшего свою ошибку по отношению к государству. Или не только про это. Применяя комические приёмы, Д. Крымов заставляет нас ощутить человеческую трагедию в жизни одного талантливого человека. Он напоминает нам, что в попытке вернуть прошлое, возможно, самый главный инструмент - сочувствие.

http://www.nytimes.com/
 
BEN BRANTLEY, NY Times, 14.01.2013

Фото, Видео, Аудио

Фотогалерея

Спектакли

Opus №7 2008, Школа драматического искусства

История

'Opus No. 7' Attempts to Heal the Past. Jason Fitzgerald
Opus No. 7. Zachary Stewart

© 2015. «Лаборатория Дмитрия Крымова». Все права защищены.
Создание сайта — ICO